Вечером, хорошо выпив и вспомнив свои военные подвиги, они так увлеклись этой идеей, что стали думать о ее реальном осуществлении — о том, как устроят лагерь в горах, будут жить в лесу, совершать партизанские вылазки, уничтожая патрули, военные склады и все такое прочее, и снова скрываться в лесах, уходя от преследования. В идеале, разумеется, врагу не должно быть позволено даже приблизиться к берегам Америки, но для этого требуется тщательная военная подготовка. Правительство же, на их взгляд, слишком слабо и не в состоянии сделать этого, потому что в нем окопались враги и их сообщники.

Кесс даже предложил название для их организации — “Защитники Республики”…

— Ваша жена успокоилась и заснула, — внезапно услышал Борн голос врача. Тот стоял в дверном проеме, снова с идеальным пробором на голове. Мягкий ковер в гостиной заглушил его шаги. — Она должна проснуться около шести. Несмотря ни на что, постарайтесь ее покормить. Хотя бы немного бульона. Если увидите, что она по-прежнему агрессивна, дайте еще пару таблеток. А ваша нога сильно болит?

— Моя нога? — удивленно переспросил Борн и опустил взгляд. Было такое ощущение, что он смотрит в перевернутый бинокль. Пришлось сделать усилие, чтобы не упасть. Ноготь большого пальца на правой ноге был наполовину сорван; под ним запеклась кровь. Может, из-за таблеток, но боли он совершенно не чувствовал. — Я даже не заметил, — ответил он; — Наверное, за что-то зацепился, когда пытался удержать Клер. Ничего страшного. Я сам займусь этим, когда вы уедете. По крайней мере, будет хоть какое-нибудь дело, чтобы отвлечься.

— Нужно будет произвести вскрытие.

Фраза доктора застала его врасплох. Он с трудом переключился и тут же представил, как хирург разрезает маленькую грудку Итона, раздвигает ребра, вынимает какие-то органы…

— Хорошо, разумеется, — ответил он, быстро переведя взгляд на таблетки в своей руке, чтобы отогнать кошмарный образ. — Вы обманули меня с этими таблетками!